Вы здесь: Главная » Архив » Введение в тему II-го Психоаналитического кинофестиваля

Введение в тему II-го Психоаналитического кинофестиваля

Московское психоаналитическое общество

и Бюро психоаналитических решений

представляют 

“РЕАЛЬНОСТЬ, ФАНТАЗИИ И БЕЗУМИЕ В ПРОЕКЦИЯХ И ИДЕНТИФИКАЦИЯХ”

2-й психоаналитический кинофестиваль 

1-4 июня, 2017, Москва.

 

Введение в тему и приглашение на кинофестиваль 

Картина окружающей нас реальности, социальной, физической, метафизической, не только более или менее правдиво регистрируется нашим перцептивным аппаратом, но и активно конструируется им, как своеобразной мультисенсорной психической “кинокамерой”.  Благодаря ее работе внешняя реальность воспроизводится внутри нас в разнообразных “проекциях” и “идентификациях”. С известной долей метафоричности можно сказать, что выбранный, “отснятый” и нередко уже отчасти проинтерпретированный в базовых ценностных и смысловых категориях материал проецируется и идентифицируется внутри нас. В то же время посредством различных психических и сенсорных  каналов он проецируется вовне, превращая окружающую нас реальность в колоссальный по своему объему и глубине проекционный экран, c которым мы вступаем в сложные, аффективно насыщенные и в значительной степени бессознательные отношения. Не только мы создаем этот экран. В не меньшей степени он создает нас. Этот тезис в равной степени, хотя и в каждом случае  со своими специфическими нюансами, подходит как для психоанализа, так и для кинематографа.

Проекции и идентификации отнюдь не только метафора. “Снимки” реальности, сделанные  нашей сенсорно-двигательной периферией, которую мы сравнили с полимодальной кинокамерой,  в буквальном нейроанатомическом и нейрофизиологическом смысле  проецируются в кору головного мозга. Эти проекции не просто активируют, но и на морфологическом уровне образуют так называемые  “проекционные” (зрительную, слуховую, тактильную, кинестетическую и т.д.), а также  ассоциативные (полимодальные) зоны кортекса. И, конечно, глубинные, эволюционно более древние подкорковые  структуры мозга  задействованы  в нейронных  проекциях еще в большей степени. На нейронном уровне именно эти базовые структуры эмоционально-мотивационной регуляции  через активацию проекционных зон коры “продюссируют” наше внутреннее кино – сновидения.  Начиная с Эйзенштейна, устройство мозга и нейропсихология  постоянно  интересовали теоретиков и практиков кино. Еще в пятидесятые годы  в одном из интервью Альфред Хичкок сравнил зрительский зал с гигантским органом, на котором играют создатели фильма: “В определенный момент мы нажимает эту ноту и получаем эту реакцию. В другой момент мы берем другой аккорд, и они реагируют по-другому”.  Хичкок даже высказал идею, что в будущем режиссеры смогут и вовсе обходиться без фильма, заменив его электродами на голове и стимулируя их с помощью клавиш.            

Популярная сегодня в киноведческой среде и пока, к счастью, футуристическая идея “нейрокино” – так называемого  “энактивного” или разыгрываемого (от англ. enact)   кино, которое через биосенсорные датчики и аудиовизуальные сенсоры должно устанавливать  буквальную психофизиологическую и эмоциональную связь зрителя с экранной проекцией фильма, меняющейся в зависимости от его состояния, похоже, является развитием той же линии.      

Однако, не стоит сводить дело к нейрокино и нейронаукам.  Проекция и идентификация, а также  описанный в психоанализе комплексный процесс проективной идентификации образуют  фундаментальные экспрессивные и коммуникативные  механизмы, создающие ткань нашей психологической и социальной жизни.  Наше “я” формируется проекциями и интроекциями в его сердцевину ключевых фигур окружения, а также различными видами  идентификации с ними.  По словам Фрейда, характер “я” представляет собой  осадок покинутых объектов любви и “содержит в себе историю выборов этих объектов” (Фрейд, 1923) . С раннего детства и в течение всей жизни, вступая в отношения с внешней реальностью,  мы постоянно порождаем  объекты любви, ненависти, привязанности, восхищения, зависти и даже “равнодушия”. Строительным материалом для этих объектов становятся не только их реальные характеристики, но и наши состояния, желания и фантазии, а одним из основных механизмов их создания – проективная идентификация. В зависимости от характера проективной идентификации эти объекты могут переживаться  как защищающие или угрожающие, успокаивающие  или сводящие с ума,  недоступные или преследующие,  живые или мертвые, причудливые или реалистичные и т.д.  В зависимости от сенсорно-телесных “каналов”, через которые осуществляется проективная идентификация  – они могут иметь преимущественно  визуальное, аудиальное, тактильное и т.д. качество. А в зависимости от ее вектора они могут переживаться как объекты  (люди, предметы или их части), находящиеся снаружи или внутри нас.

 Как и кинематограф, наши психика и мозг  – великие рассказчики, переписывающие и показывающие нам снова и снова окружающую реальность и историю наших прошлых и текущих отношений с ней в непосредственных сенсорных  ощущениях, в живом звуке и картинках, в идеограммах, символах,  идеологемах, а также в сценариях и нарративах – драматических, комедийных, мелодраматических, абсурдистских, сюрреалистических, документалистских  и т.д.   На шкале вольтеровского Кандида в зависимости от  обстоятельств и от применяемой нами “оптики”,  от ракурса и “настроек” перцептивного аппарата, выбранных вполне осознанно или действующих “по умолчанию” в силу всей предшествующей истории нас как индивидуумов и человеческого вида,  итоговая картина может  варьироваться от  лучшего до худшего  из возможных миров.

Но мир вокруг нас — не единственная реальность, с которой мы имеем дело. В не меньшей степени мы погружены в собственную внутреннюю реальность. Это реальность нашего сознания, точнее, психическая реальность. Парадоксально, но в своей глубинной основе она конституируется бессознательными процессами – бессознательными  влечениями и запретами, желаниями и страхами,  бессознательными фантазиями и бессознательным символизмом. Сознание и бессознательное понимаются в психоанализе  как взаимосвязанные, но принципиально   отличающиеся по своей организации, топографии, характеристикам и содержанию психические системы. Бессознательное —  область локализации мотивации, креативности и  сновидения —  закодированной системы символообразования, которую можно сравнить с чем-то вроде нашей внутренней Trumfabrik — “фабрики грез/снов”.  А бессознательная фантазия представляет собой форму мыслительной активности, которая в виде  аффективно заряженных, готовых к “разыгрыванию” в воображении и поведении определенных, зафиксированных в фантазии  сценариев, репрезентирует психике ее собственную работу и состояние.  Можно сказать, что такая фантазия “прокручивает” психике глубокое, своего рода “артхаусное”  и не всегда с первого просмотра понятное кино о себе самой. 

Однако бессознательное — не только неиссякаемый источник творчества.  Оно является также и областью локализации потенциально деструктивного или патологического психического контента.

При определенных условиях это контент может прорываться наружу, частично или почти  тотально подчиняя себе сознания и перцептивный аппарат.  Массивность и топография  этих процессов, а также вектор и характер обслуживающей их проективной идентификации,  может прождать разные феномены – от относительно локальных и более или менее замаскированных под реальность и зацементированных в ней  островков или анклавов частного или коллективного (в случае, если они разыгрываются в группах)  безумия до весьма масштабного ощущения “этого безумного, безумного, безумного мира” вокруг и внутри.

Именно поэтому бессознательное, оживающее благодаря механизмам проекции и идентификации и разыгрываемое в отношениях пациент-аналитик на каждом сеансе,   было и остается главным предметом или главной мишенью психоаналитического действия.

Кинематограф также постоянно адресуется к бессознательному зрителя и самого художника и проявляет их. Намеренно или ненамеренно он обращается и обращает нас к глубочайшим бессознательным фантазиям и к их воплощению в подвижных кинематографическим  проекциях и идентификациях. Если можно так сказать, кинематограф занят работой по экранной репрезентации этих глубоких фантазий в видимой, слышимой, как правило, фигуративной и сюжетно представимой (если речь не идет об экспериментальном кино) форме. Форме, которая порождает мощный перцептивный (прежде всего визуальный и аудиальный), а также сенсорно-телесный, интеллектуальный и аффективный опыт.

Существует  немало параллелей между средствами кинематографического воплощения (кинематографической репрезентацией или презентацией) и регистрами психического, в том числе бессознательного, функционирования, описанными  в психоанализе. В свое время идеи Фрейда о работе сновидения, о сгущении, смещении и первичном процессе, о презентации предмета и презентации слова повлияли на теорию и практику монтажа Сергея Эйзенштейна. Ряд классических и современных психоаналитических понятий, которые описывают функционирование психического аппарата (например, бессознательные фантазии и бессознательные воспоминания, семиотический и символический модусы экспрессии и коммуникации бессознательной фантазии, пиктографическая активность, квазигаллюцинаторное восприятие, процесс сценификации, работа фигурабильности, символизация и др.), содержат в себе потенциальное кинематографическое измерение. Некоторые из них могут легко найти свое место в теории и практике кинематографа.  Наконец, внимательное исследование обнаруживает удивительные параллели и пересечения между самим процессом создания фильма, от замысла до его воплощения, и психоаналитическим процессом.

В свою очередь теория и практика кинематографа, области и средства кинематографического исследования внутреннего и внешнего мира человека, его топографии, природы, конфликтов и способов их решения, а также сам способ  и приглашение зрителю “мыслить экраном”,   представляют огромный интерес для психоанализа. 

Междисциплинарный диалог между психоанализом и кинематографом является важным инструментом для взаимного  обогащения этих столь, казалось бы, непохожих и столь внутренне родственных областей науки и культуры.

Первый в России психоаналитический  кинофестиваль «Экран видимого — экран бессознательного», прошедший в ноябре 2014 года, в котором наряду с ведущими российскими психоаналитиками  приняли участие такие создатели фильмов (кинорежиссеры, сценаристы, актеры, киноведы, монтажеры) как Андрей Звягинцев, Илья Хржановский, Василий Сигарев, Яна Троянова, Константин Лопушанский, Дмитрий Мамулия, Любовь Аркус, Алексей Попогребский, Хью Броуди, Иван Вырыпаев, а также студенты киношкол, позволил инициировать такой диалог. 

В этом году мы рады пригласить Вас уже на 2-й психоаналитический кинофестиваль  “Реальность, фантазии и безумие в проекциях и идентификациях”,  который пройдет с 1 по 4 июня 2017 года в Центральном доме журналиста.

Это событие  - уникальная возможность для российских и зарубежных кинематографистов, психоаналитиков и исследователей в каждой из этих областей  встретиться и обсудить свою работу.  Кинофестиваль нацелен на совместное погружение в пространство фильма,  на рефлексию и серьезное исследование зон соприкосновения и взаимопроникновения психоанализа и кино, а также на  приятное и продуктивное общение профессионалов и любителей психоанализа и кино.  

                                                                      Председатель кинофестиваля                 И.М.Кадыров 

Фестиваль открыт для участников старше 18 лет, интересующихся кинематографом, психоанализом или одновременно и тем и другим. Программа фестиваля включает просмотр фильмов, тематические круглые столы с  создателями фильмов, киноведами и ведущими психоаналитиками. Она открывает  широкие возможности для аудитории принять участие в обсуждении вопросов, являющихся узловыми для мира кино и психоанализа. Программа открывается в четверг в 19.00, продолжится в двух залах в пятницу и в субботу и завершится в воскресенье днем.  Необходима предварительная регистрация.  

 

В кинофестивале примут участие:

Кинорежиссер, сценарист и продюссер Валерий Тодоровский, кинорежиссер, сценарист и киновед Михаил Брашинский, кинорежиссер и сценарист Юрий Быков, кинорежиссер и сценарист Александр Зельдович, кинорежиссер Лиза Козлова, кинорежиссер, сценарист, теоретик литературы и кино Дмитрий Мамулия, кинорежиссер и сценарист Александр Миндадзе, кинорежиссер и сценарист Алексей Попогребский, кинорежиссер и сценарис Марина Разбежкина, кинорежиссер и сценарист Василий Сигарев, актриса Яна Троянова, психоаналитики Игорь Кадыров, Татьяна Алавидзе, Марина Арутюнян, Екатерина Калмыкова, Наталья Кигай, Виталий Зимин и другие кинематографисты и психоаналитики.

В программе планируется показ и обсуждение фильмов:

"Милый Ханс, дорогой Петр" (реж. Александр Миндадзе, 2015)

“Волчок” (реж. Василий Сигарев, 2008) 

“Дурак” (реж. Юрий Быков, 2014)

"Оттепель" (реж. Валерий Тодоровский, 2013)

“Мишень”    (реж. Александр Зельдович, 2011) 

“Шопинг-тур” (реж. Михаил Брашинский, 2012)

"Оптимисты" (реж. Алексей Попогребский, 2017)

"Яр" (реж. Марина Разбежкина, 2007)

"В центре циклона" (реж. Лиза Козлова, 2016) 

"Любовник" (реж. Валерий Тодоровский, 2002)

 

                                                                                                                                                                                                                                                                                                                       

 

 

....

© Бюро Психоаналитических Решений. Копирование текстов запрещено

К началу страницы